Новости

Небанковские кредитные организации












Пресса

Еврокомиссия отказалась предоставлять Кипру антикризисную помощь

К выборам будь готов! Уже готов...

Непревзойденный «Гамлет» на двинской сцене

Синяк исчезнет за сутки

«Я последний романтик ушедшей эпохи»

Кладовая солнца

Невыполненное обещание, или Злосчастная бочка

«Миллион» - лидер»

Народ Латвии дал "добро" на Конституцию ЕС

Антиинфляционный план смягчен

Страны Балтии скинулись на воздушную полицию

Экономисты: pешить проблемы Латвии становится все труднее

Каждый 3-й в LaRocca оказался "под кайфом"

Потребители расплатятся за экономику

Шлесерс научит Ригу круизному бизнесу

Рынок автолизинга растет на 80% в год

Жилищные кредиты становятся все популярней

В ходе кампании по торможению цен наметились первые пострадавшие

Лишь 44 семьи получили право на пособие по переселению

Банковская система начинает тормозить

Брюссель требует снизить плату за использование платежных карт

Ипотечные кредиты в ЕС: Латвия в хвосте

Законов против отмывания денег не хватает

Банки заработали рекордную прибыль

Лизингодатели оштрафованы за договоры

Sampo хочет в десятку

О новых комиссиях и дополнительном финансировании

От чего зависит стабильность банков

Администратора "Теплосетей" арестовали на месяц

Кредитомания: 7 кредитов под зарплату



Новости -> Штокенбергс повторит корейское чудо

Штокенбергс повторит корейское чудо

02.05.2007 12:40




Министр по делам регионального развития и самоуправлений Айгар Штокенбергс рассказал, какой будет Латвия через 15 лет; сообщил, что планирует завозить украинских авиаинженеров, объяснил, почему латвийской инфляцией вдруг заинтересовались международные наблюдатели, и пояснил, как собирается повторить немецкий и южнокорейский экономический рекорд, пишет газета "Телеграф".

— Как развивать регионы, учитывая, что именно из латвийской глубинки больше всего людей уехало на заработки в Ирландию и другие страны ЕС?

— План национального развития Латвии, принятый в прошлом году, как раз и означает, что в Латвии человек должен чувствовать себя хорошо в любом месте. Все мы знаем, как стремительно развивался Рижский регион за последние годы. Здесь уровень развития составляет более 155% от среднего уровня ВВП на душу населения по всей Латвии, то есть в Риге люди живут в полтора-два раза лучше, чем в среднем по Латвии.

И вложения в регионы, в отдаленные территории Латвии как раз способствуют выполнению Плана национального развития.

— Это красивые слова, а в чем выражаются конкретные действия?

— То, что правительство уже делает в отношении планирования. Это, во-первых, семилетняя программа, предусмотренная вышеупомянутым Планом национального развития. В ней расписано, что надо вкладывать, чтобы улучшилась инфраструктура, человеческие ресурсы и все прочее.

Буквально месяц назад принята концепция бюджета на следующие три года, где подробно расписаны приоритеты, непосредственно касающиеся нашего министерства. Они включают в себя развитие сети дорог на селе и вложения в инфраструктуру разных территорий Латвии.

Если дальше говорить о планировании, то правительство успело уже создать Совет по национальному развитию, который как раз и занимается всеми стратегическими вопросами развития гуманитарных ресурсов, регионов и так далее.

Говоря о конкретных деньгах, во-первых, правительство в целом приняло и обозначило выделение в этом году более 20 миллионов латов инвестиций в разные регионы Латвии. Завершается процесс планирования выделенных средств из структурных фондов Евросоюза на период с 2007 по 2013 год. Эти денежные средства, учитывая, конечно, и рост собственных средств самоуправлений (а все самоуправления имели в прошлом году рост бюджета), позволяют за ближайшие три-четыре года коренным образом улучшить ситуацию в отношении инфраструктуры и развития как раз тех территорий, о которых мы говорим.

У нас появились необходимые денежные средства, чтобы кардинально улучшить ситуацию. До сих пор люди уезжали. В лучшем случае — в Ригу, а в худшем — в Ирландию. Но теперь у них появится возможность остаться на месте. И в конце концов при том же количестве рабочей силы нам удастся коренным образом изменить производительность труда.

— "Коренным образом улучшить", "кардинально изменить"... На сколько вырастет производительность труда в регионах через 3—4 года?

— Скажем, в обрабатывающей промышленности в среднем по Латвии каждый человек производит прибавочную стоимость в размере 6,8 тысячи латов. А, например, на Latvijas finieris этот показатель составляет 130 тысяч на одного рабочего.

— Но Latvijas finieris вложил десятки миллионов латов в новые производственные мощности.

— Если Латвия собирается конкурировать в глобальной экономике, другого выхода, кроме как вкладывать в человеческий капитал, инфраструктуру и современные технологии, у нас нет.

— А как довести производительность труда до 130 тысяч латов на свинофермах, в коровниках и на полях?

— Я когда-то работал в колхозе, и знаю, какие там есть огромные резервы. Я был советником председателя агрофирмы "Тервете". В то время в "Тервете" площадь была 3200 гектаров. Только на производстве зерна и сахарной свеклы там работало несколько сотен человек. Теперь же в тех же местах на площади 2300 гектаров работает 5—6 человек, которые добиваются не меньших результатов.

— Почему в Латвии ждали 15 лет, чтобы начать такие крупномасштабные инвестиции в регионы?

— Будем объективными: я помню ситуацию в 1995-м, когда весь бюджет Латвии составлял примерно 600 миллионов латов. Тогда как за прошлый год один только рост бюджета составил те же 600 миллионов. Страна сейчас находится на другой стадии развития.

— Хорошо, конечно, если через три-четыре года один будущий латвийский работник заменит сто нынешних. Однако если этого не произойдет, то проблема дефицита рабочей силы останется. Как вообще вы относитесь к завозу в Латвию иностранных работников?

— Я лично уверен, что нам не нужно ввозить людей низкой квалификации. Обратимся к той же прибавочной стоимости, которую эти люди могут произвести. Если это составит всего несколько тысяч латов в год, может получиться так, что создание социальной инфраструктуры для этих людей обойдется государству гораздо дороже.

И совсем иная картина получается, если мы говорим об инженерах, программистах, преподавателях вузов, высококвалифицированных специалистах, ученых. Конечно, эти люди могут внести гораздо больший вклад, нежели потребовать от государства.

К слову, мы хотим развивать в Латвии обслуживание самолетов, а оказалось, что не можем найти здесь специалистов. Речь идет о многомиллионном проекте, в котором могут участвовать и сингапурцы, и Ryanair. Пока ведутся переговоры. Однако на них неизбежно возникнет вопрос о том, что нам придется завозить авиаинженеров с Украины — в частности, из Авиационного научно-технического комплекса им. Антонова.

— Таким образом, правительство в целом положительно смотрит на вопрос завоза иностранных специалистов?

— Я говорю о своем мнении: если мы ведем речь о быстром развитии Латвии, нам нельзя упускать такую возможность. В конце концов, подготовка, например, авиаспециалиста требует как минимум 6—7 лет и требует от государства немалых расходов. Так что нам удобнее просто пригласить их и использовать.

— Авиационная промышленность в бывшем СССР кроме Украины развита в России и Узбекистане. Там специалистов не искали?

— Из России к нам вряд ли поедут — там авиационная отрасль в последнее время стремительно развивается и специалисты востребованы на месте.

Что касается кадров с ташкентского авиазавода, то я не исключаю возможности их приглашения. Вопрос в менталитете — смогут ли эти люди приспособиться к местным условиям?

— Другими словами, грузчиков и землекопов мы не завозим, а инженеров и ученых — завозим?

— Конечно!

— Уже есть списки профессий, представители которых будут приглашаться в Латвию?

— Я не могу говорить об этом в деталях.

— Какой вы хотите видеть Латвию через 10—15 лет? Понятно, что здесь не будут строить подводные лодки или запускать в космос корабли. Какая специализация должна быть у страны в мировом распределении труда?

— Делая прогноз на столь длительную перспективу, надо учитывать, что Латвия имеет очень ограниченный набор природных ресурсов. Скажем, тот же лес. И совершенно объективно, что такие предприятия, как Latvijas finieris, станут лидирующими предприятиями даже в европейском масштабе.

Конечно, Латвия может претендовать на то, чтобы стать хорошим центром логистики. Например, имеются амбициозные планы стать центром логистики для грузов из Китая в Евросоюз и обратно.

Что касается других отраслей, то здесь ничего, кроме мозгов, у нас нет.

В частности, если брать сектор финансовых услуг, то объективно в регионе у нас есть только один серьезный конкурент — это Стокгольм. Но в Стокгольме русский знают, может быть, 100 человек. А у нас — примерно 90% населения. И если говорить о финансовом обслуживании одновременно партнеров из Евросоюза и партнеров из России и других стран СНГ, то именно Рига имеет очень хорошие предпосылки, чтобы стать финансовым центром. Кстати, в финансовом секторе прибавочная стоимость одного работника уже сегодня более чем в два раза превышает среднюю цифру по Латвии.

— Другими словами, лучше открывать банки, чем пахать и сеять?

— Открывать новые не обязательно, можно просто укреплять ныне существующие.

Какие еще преимущества мы имеем? Конечно, у нас есть хорошие задатки в фармацевтике. Недавно я был в Швейцарии. Нам всегда казалось, что их главный заработок — это часы и коровы. На самом деле швейцарская фармацевтическая промышленность имеет наибольший удельный вес в структуре экономики этой страны.

— Вы считаете, что Olainfarm и Grindex смогут всерьез конкурировать со швейцарскими фармацевтическими гигантами?

— Это зависит от той ниши, в которой они работают.

Мы можем назвать еще ряд отраслей. К примеру, если говорить о микросхемах, то буквально на прошлой неделе открылся завод микроплат в Вентспилсе — он называется ВЭФ, Вентспилсская электрофабрика.

— И насколько все это серьезно?

— Там люди вложили серьезные деньги, 100% их продукции уходит на экспорт. И я надеюсь, что это хороший пример тому, как открывать современные предприятия.

— Вопрос по поводу высокого дефицита текущего счета и растущей инфляции. Известно, что инфляция растет достаточно быстрыми темпами уже несколько лет. Но почему-то только сейчас, не сговариваясь, международные рейтинговые агентства, иностранные банки и газеты вдруг начали бить во все колокола, издавать какие-то исследования, где хором утверждается, что Латвии грозит перегрев экономики и чуть ли не девальвация лата. С чем связана, на ваш взгляд, такая неожиданная реакция со стороны аналитиков? Глядя из Риги, ничего экстраординарного у нас вроде бы не происходит?

— Я это объясняю одной простой причиной. Действительно, в прошлом и позапрошлом году Латвия развивалась с непостижимой скоростью. В The Economist и Financial Times не могли не обратить внимания на рост латвийской экономики, который составляет около 12% в год. В то же время в Венгрии, например, инфляция тоже составляет более 8%, да и бюджетный дефицит огромен. Однако о них почему-то никто не говорит.

Конечно, были прецеденты в мировой истории, когда, например, в послевоенной Германии темпы прироста в 7—8% удавалось сохранить на протяжении 20 лет. Как вы помните, у них был такой министр экономики Эрхард, который создал экономическое чудо Германии. Подобное произошло и в Южной Корее, где тоже в течение двух десятилетий удалось выдержать темпы прироста экономики в размере 6—7% годовых.

Я считаю, что и в Латвии есть возможность сохранить долгосрочные темпы прироста в 6—7%. Конечно, 12% — это слишком высокая цифра, поэтому надо было бы немножко уменьшить оптимизм. Люди слишком оптимистично смотрят в будущее, они покупают в два раза больше новых машин, квартиры и прочее. Поэтому основным способом обуздания инфляции является торможение этого слишком высокого темпа кредитования в потребительской сфере.

Говоря о дефиците текущего счета, надо рассматривать его подробнее. Например, в прошлом году наши люди, которые работают за границей, перевели в Латвию более 700 миллионов латов. Что гораздо больше, чем вся прибыль латвийских предприятий за рубежом.

Дефицит можно объяснить еще и той причиной, что серьезный приток денег направляется в модернизацию инфраструктуры, обновление технологий, которые мы естественным образом импортируем откуда-то.

— Вы считаете реальным повторить немецкое или южнокорейское экономическое чудо?

— Было бы очень хорошо, если бы нам удалось удержать прирост в 6—7% в течение последующих 10 лет. Тогда мы вышли бы на средний уровень по Евросоюзу.

— В прошлом году вы сказали, что реальный срок введения евро в Латвии — это 2010-й. Что вы можете сказать по этому поводу сегодня?

— Сегодня я более пессимистично настроен. Думаю, реальный сценарий — это 2011—2012 годы. К 2009-му удастся справиться с двумя главными причинами латвийской инфляции.

Одна из основных причин роста цен — огромный прирост кредитования в потребительской сфере. Однако те, кто уже купил новый автомобиль, вряд ли за этот период купят еще два. Есть объективные пределы тому, сколько человек может потребить.

Вторая причина нынешней инфляции — стремительное повышение цен на энергоресурсы. Недавно я говорил в Москве с людьми, которые очень хорошо разбираются в тенденциях цен на энергоносители, в частности, с министрами Германом Грефом и Виктором Христенко, а также с представителями РАО ЕС. Они также считают, что примерно в 2009 году такого стремительного роста быть не должно.

Таким образом, к 2009-му инфляция вернется на нормальный уровень, а затем еще два года придется выполнять Маастрихтские критерии, выдвигаемые к странам, входящим в еврозону.



Источник: http://www.novonews.lv/index.php?mode=news&id=17041

 

Добавить комментарий

Ваше имя:

Комментарий





© 2011 worldbank.org.lv